+7-495-723-0119

Опасные интернет-связи

    Опубликовано 18.10.2011 Автор CEO

    Эксперт по экономической разведке: «На мой взгляд, мы должны контролировать своего ребенка, пока он не достиг совершеннолетия. Как про животных говорят – мы в ответе за тех, кого приручили. То же самое можно сказать и про детей. Вы должны понимать, с кем ушел ваш ребенок гулять, с кем он общается, круг его знакомых».

    Гость – гендиректор Агентства экономической разведки «Р-Техно» Роман Ромачев. Ведущие – Ольга Медведева и Елена Ханга.

    Ханга:

    – В этой передаче я, как правило, говорю о том, что меня беспокоит. И сегодня меня очень беспокоят опасные интернет-связи. Потому что вот мой ребенок зашел во «ВКонтакте», и вдруг вижу, там выскочила фраза: «А ты ничего, милашка». У меня открылся рот. Я говорю: это кто написал? А, там парень из третьего класса… И я поняла, что из третьего класса парень такие слова не знает. Я поняла, что нужно это дело брать под контроль. Я бы хотела поговорить о проблемах, с которыми сталкиваются взрослые поклонники всех этих сетей социальных – «ВКонтакте», «Одноклассники». К сожалению, мы не подготовлены к тому, что нас ожидают такие же опасности в сетях, как и на улице, если к тебе подходит совершенно незнакомый мужчина. Ну, ты ж нему не будешь давать свой номер телефона, приглашать в гости, показывать фотографии семьи. А в Интернете мы почему-то все это делаем с удовольствием.

    Медведева:

    – Я начну с истории, которая недавно произошла в Петербурге. Там девушка познакомилась с парнем в Сети. Встретились они, понравились друг другу и она тут же его пригласили к себе домой. И вот во время постельной сцены он предложил привязать ее к кровати. Она согласилась, он ее привязал, обворовал, поел, кофе попил, и предупредил, что, если она что-то расскажет, то он видео выложит его в Интернете.

    Например, на Украине был случай. Там девушка тоже познакомилась с парнем в Сети. Ее зацепил парень, 20 лет ему, под ником «Ред». И когда они договаривались о встрече, он ей сказал: давай не будем в шумном месте встречаться, а где-нибудь, где потише. И добавил еще: если у тебя есть какое-нибудь украшение, например, золотой крестик на цепочке, ты его надень, чтобы я смог тебя узнать. Она так хотела с ним встретиться, что ее вот эти два момента не насторожили. Она пришла. Но все это закончилось тем, что парень пришел с ножом, естественно, отобрал у нее крестик, деньги, какие у нее были, и т.д. Хорошо, что она осталась жива.

    Ромачев:

    – Я приведу пример реальный, который случился пару месяцев назад. Девочка 14-летняя познакомилась с парнем в социальной сети, они долго переписывались, потом он ее пригласил к себе, а жил он в другом городе, она собрала вещи и уехала. И пропала.

    Ханга:

    – Ну и что, тогда вообще нельзя знакомиться в Сети. Вот как себя обезопасить? Вроде как ты уже долго переписываешься, ты уже понял, что вы совпадаете и по возрасту, и по интересам, и он тебя понимает…

    Ромачев:

    – Ну и что? Если долго переписываешься, это не означает, что он человек как бы хороший.

    Ханга:

    – Я понимаю. Ну а что же делать?

    Ромачев:

    – Во-первых, если вам 14 лет, то без разрешения родителей не должны никуда уезжать. Что касается взрослого человека, то тут надо хотя бы собрать минимум информации об этом человеке – кто он и что из себя представляет.

    Ханга:

    – Ну, вот ты его спрашиваешь, где он работает, а он говорит – я гендиректор такого-то магазина. А как ты это узнаешь?

    Ромачев:

    – Вы можете забить данные в поисковой системе, название этого магазина, найти контакты, позвонить туда и спросить – могу я услышать такого-то и такого, вашего директора? И вам скажут – есть такой человек или нет такого человека. Ту информацию, которую он вам предоставляет, вы обязательно должны проверять.

    Медведева:

    – В Сети можно все что угодно сказать. И вообще, под ником «Ред», «Пит» и так далее, может быть кто угодно… Он может выслать фотографию, допустим, менее известной звезды, чтобы не догадалась, чтобы уж наверняка.

    Ромачев:

    – Нужно не только места работы или учебы обзванивать, нужно знать, где он живет, кто его одноклассники, кто его друзья. Может быть, создать еще один вымышленный ник и попытаться пообщаться с его друзьями, чтобы понять, реальные ли это люди и реально ли они знают вашего знакомого. Если вы пытаетесь строить серьезные отношения, то вы должны к делу подойти серьезно.

    Медведева:

    – Ну или хотя бы в первый же день, не тащить к себе домой его. Даже если встретились вы где-то на стороне, то желательно в каком-то людном месте. Больше вероятности, что он ничего не сделает, когда вокруг много народу. При личной встрече вообще человек может открыться с совершенно другой стороны.

    Ромачев:

    – У меня еще вот такая история была, когда девушка познакомилась по Интернету и она на первое свидание взяла свою подругу, которая ходила за ними по пятам и просто контролировала их как бы. Он, естественно, не знал.

    Медведева:

    – И не рассказывать все сразу о себе. Мало ли какие у него мысли на ваш счет.

    Ханга:

    – Высылать ли свое фото?

    Ромачев:

    – Ну, если вы с ним сегодня познакомились, естественно, нежелательно.Надо опять же понять, реальный ли это человек, либо это подделка – вымышленный персонаж. То есть, вы должны узнать его реальные фамилию, имя. Вот он представился «Ред», вы говорите – ну хорошо, а как реальное-то твое имя? Можно попытаться максимум информации о нем собрать. Где он учится, где он работает. То есть, попытаться объяснить человеку, что, как бы я все прекрасно понимаю, но вы расскажите о себе поподробнее.

    Надо попытаться перепроверить ту информацию, которую он вам предоставил. Если он сказал, например, что он там фотограф, надо попытаться узнать, где можно увидеть его фотографии, какой техникой он пользуется…

    Ханга:

    – А если он фрезеровщик? Что ты его попросишь прислать тебе? А если он студент – что, пришли мне свою дипломную работу?

    Ромачев:

    – Ну, нужно собрать максимум информации о человеке, именно реальной информации, которую он может предоставить. Хорошо, он сказал, что меня зовут Ваня, живу я в Москве. Значит, в следующий раз, когда вы с ним сконтактировались, надо спросить, как там в Москве погода… Попытаться как-то перепроверить ту информацию, которую он излагал ранее.

    Ханга:

    – Ну, по вашему опыту, какова группа риска? Кто чаще всего становится жертвами Интернет-связей?

    Ромачев:

    – Как правило, дети и девушки.

    Медведева:

    – Масса примеров того, как одинокие женщины охотно знакомятся непонятно с кем в Интернете и были случаи, когда они выходили замуж и все раскрывалось уже потом. Я помню историю, когда с одним таким познакомилась женщина, вышла замуж, а потом она стала замечать, что он очень часто уходит из дома, говорил, что я ухожу на встречу, мы договариваемся завести свой бизнес и все такое… И у нее просил денег. Мне нужно на то-то и то-то, а потом мы развернемся, у нас будет свой бизнес… И она давала эти деньги ему сначала, верила ему. Но ее вот эти частые отлучки стали настораживать. И она проверила его переписку. Оказалось, что он встречался с другими женщинами. И вот жена связалась с несколькими из них, им написала, кто-то не поверил ей, что она его жена, сказали, что ты просто хочешь его отбить… Но были и те, кто пошел ей навстречу и они решили его проучить. Они его сдали полиции в итоге.

    Ромачев:

    – Опять же, пример из жизни. К нам обратился клиент из Италии. Он нашел девушку в Интернете, переписывался с ней долго, все у них сложилось замечательно, они еще ни разу не встречались, но уже решили заключить брак. И он прислал нам информацию о ней: ксерокопию ее паспорта. Мы стали проверять – такого паспорта МВД не выдавало, то есть, в фотошопе его сделали… То есть, такой девушки вообще в природе не существует.

    Медведева:

    – Наверняка он ей перечислял деньги на какие-то нужды. А в последний момент выясняется, что она либо заболела, либо еще что-то, не может приехать.

    Ромачев:

    – Есть специализированные агентства, которые как раз занимаются проверкой деловой репутации. Это агентства бизнес-разведки. Они как раз собирают информацию о потенциальных партнерах, о потенциальных сотрудниках, которые приходят к ним на работу. То есть, стоит брать этого человека или нет, какая у него была репутация на прежнем месте работы, какие-то криминальные связи проверяют.

    Звонок от Юрия:

    – Я считаю, что лучше, что называется, товар лицом. Мои дети сидят, общаются.

    Медведева:

    – А вы проверяете, с кем они общаются? Вас не настораживает ничего?

    Юрий:

    – Как тут проверять или не проверять, когда одной уже под 30, а другому 26?

    Ромачев:

    – Надо с ним тоже пообщаться и сказать, что вот есть такие случаи, если ты с кем-то познакомишься в Сети и пойдешь на встречу, ты, пожалуйста, скажи, что ты пошел туда-то и туда-то с такой-то девушкой. Чтобы знать хотя бы где искать человека.

    Ханга:

    – Сейчас я бы хотела поговорить об опасностях, которые подстерегают детей. К сожалению, у нас нет учебника по безопасности в Сети.

    Ромачев:

    – Да, если вспомните, как раз пару месяцев назад как раз сына Евгения Касперского, Ивана, похитили. Причем, довольно-таки элементарно. Они точно знали, где он находится, с точностью до ста метров, знали, как он выглядит. Его просто посадили в машину и увезли. Почему это произошло? Дело в том, что у него в мобильном телефоне была включена функция «биолокация». Это когда телефон определяет ваше местоположение. И привязка этих данных была к социальным сетям. То есть, у вас автоматически в вашем профиле появляется ваше местоположение, где вы сейчас находитесь. Он сам настроил свой мобильный телефон так.

    Ханга:

    – Скажите, а такая функция может включиться без твоего понимания, что она включилась?

    Ромачев:

    – Да, она может включиться, если на ваш смартфон или мобильный телефон был отправлен вирус.

    Нужно просто заходить в параметры своего телефона почаще и контролировать, что у вас там включено, а что не включено. И опять же, посмотреть в своем профиле в социальных сетях включена ли у вас функция именно биолокации, чтобы отображалось для всех пользователей. Во-вторых, нужно контролировать, какую информацию вы выкладываете для всех своих друзей. То есть, в некоторых соцсетях есть ограничения по пользователям, по тем, в каких вы с ними отношениях. То есть, друзьям вы показываете определенную часть информации, родственникам вы показываете всю. А тем, кого вы не знаете, вообще ничего не показываете. Поэтому нужно понимать, какую порцию информации вы выкладываете для тех или иных людей.

    По ту сторону Сети может оказаться любой злоумышленник – от педофила до какого-то финансового мошенника, который просто узнает через вашего ребенка номера кредитных карт и т.д.

    Медведева:

    – Но дети сейчас такие продвинутые, мне кажется и, если сам ребенок не догадается снять этот блокиратор, то какой-нибудь товарищ ему поможет его снять. Вот как быть?

    Ромачев:

    – Их можно обойти, эти блокировки. Потому что есть зеркала, так называемые этих сайтов социальных сетей, через которые можно зайти.

    Медведева:

    – Ну а как быть? Запретить совсем Интернетом пользоваться, по-моему, нереально.

    Ромачев:

    – Нет, запретить нельзя, нужно с ребенком проводить профилактические беседы.

    Главное, чтобы на этих фотографиях не была отражена ваша машина с госномером, чтобы нельзя было идентифицировать вашу собственность. Чтобы не был адрес вашего дома. Опять же, ребенок не должен быть в каких-то откровенных нарядах, чтобы не провоцировать педофила. То есть, надо понимать, что можно выкладывать, а что нельзя.

    Ханга:

    – Мы своих детей всегда учим, что нельзя читать чужие письма, да. А залезать «Вконтакте» и читать, что пишут твоему ребенку, как, на ваш взгляд, это тоже безнравственно или все-таки…

    Ромачев:

    – На мой взгляд, как отца, вы должны контролировать своего ребенка, пока он не достиг совершеннолетия. Как про животных говорят – мы в ответе за тех, кого приручили. То же самое и можно сказать про детей. Пока они несовершеннолетние, вы должны понимать, с кем ушел ваш ребенок гулять, с кем он общается, круг его знакомых…

    Ханга:

    – То есть, надо знать логин, надо знать пароль и по вечерам, когда ребенок лег спать…

    Медведева:

    – Ну, в подростковом возрасте из-за этого ведь может быть скандал. Потому что, ребенок скажет – мама, ты сама меня учила не читать чужие письма…

    Ханга:

    – Кстати, а сможет ли ребенок проверить, заходили вы к нему или нет?

    Ромачев:

    – В некоторых социальных сетях есть такая функция, когда отображается ваш последний заход на страницу.

    Медведева:

    – Может быть, лучше вообще еще посоветовать сейчас каким-то подросткам, потому что жертвами педофилов бывают не только 7-8-летние дети, чьи фотографии мамы в соцсетях выкладывают или папа. Но бывают и те, которым по 12, например, лет. Может быть, им что-то сейчас посоветовать, как им не нарваться на педофила.

    Ромачев:

    – Есть универсальное правило для всех – для детей и для взрослых. Не надо как бы провоцировать, не надо выкладывать те фотографии, которые могут привлечь внимание педофила. Не надо выкладывать места вашего нахождения, либо вашу собственность. Это универсальные рекомендации…

    Ханга:

    – Например, дети пишут – ура, мы уезжаем отдыхать в Египет, в Турцию, там, на месяц! Вот и все.

    Медведева:

    – Приходите, у нас квартира пустая.

    Ромачев:

    – С ребенком нужно проводить профилактическую беседу. Проблема в том, что многие отцы и матери – это, как правило, взрослые люди еще того поколения и еще не знают, что такое Интернет, поэтому они не могут грамотно проконсультировать ребенка, рассказать, что можно, а что нельзя. В этом серьезная проблема.

    Ханга:

    – Какие есть маячки, чтобы сказать – ой, осторожно. Например, если вдруг ребенка спрашивает его приятель, а где работают его папа с мамой – это должно насторожить?

    Ромачев:

    – Да. Приведу свой пример. Мы своему ребенку говорим – если тебя кто-то будет спрашивать, где твои родители работают, ты не отвечай, либо говори нам, кто спрашивает и мы уже будем решать, что ему ответить.

    Ханга:

    – Хорошо, а если вот пришло моему ребенку такое письмо – ты, милашка ничего. Меня это насторожило, а она говорит – да нет, он там в соседней школе или там в параллельном классе. А как мне проверить?

    Ромачев:

    – Ну, это, опять же, нормальная реакция любого подростка. Нужно понимать, что это за человек, как он познакомился с вашим ребенком. Спросить его, откуда ты знаешь этого человека…

    Ханга:

    – Ну как, в Сети познакомились.

    Ромачев:

    – Ну хорошо, тогда это группа риска, с которым не надо общаться на откровенные темы и не надо выкладывать лишней информации.

    Медведева:

    – Одно дело – когда дети становятся жертвами, а другое дело – когда они сами создают опасные социальные группы. Это совсем другое. Например, в Иркутской области была такая громкая история, когда подростки «Вконтакте» создали закрытую группу и в ней обсуждали свои убийства. Они выкладывали ролики такого содержания – например, они убивают бомжа и отрезают ему ухо. Либо они забивают палкой беременную женщину. Они держали в страхе городок, где они жили, где-то в течение полугода. И все это выкладывали полгода. Туда могут зайти только те пользователи, которые там зарегистрировались.

    Ханга:

    – А как стать членом этой группы? А сотрудники ФСБ могут стать членами этой группы? Для того, чтобы мониторить.

    Ромачев:

    – Чисто теоретически они могут мониторить, даже не став членом этой группы. Есть у нас такая программа «Сорм», по которой спецслужбы могут и прослушивать телефон, и контролировать все ваше общение в Сети, и заходить на те сайты, которые не открыты для всех. Проблема в том, что невозможно контролировать такой большой поток информации, которой сейчас генерируют люди, тот есть, весь этот контент. В некоторых социальных сетях есть группа добровольцев, так называемых модераторов, которые оценивают ваши фотографии, либо видео, которые вы разместили, – удовлетворяет ли она требованиям сайта или не удовлетворяет. Если это откровенная криминальщина, то они сообщают владельцам социальной сети, что нехорошие фото или видео. Но в некоторых социальных сетях таких добровольцев-модераторов нет…

    Медведева:

    – Если полгода существовала эта группа и там такая жуть была… Там не один человек входил в эту группу. Более того, когда задержали этих подростков, нашлись же те, которые их поддерживали. Дело в том, что там еще вот какой момент. Когда их стали допрашивать, они сказали, что они насмотрелись также в Интернете материалов про битцевского маньяка Пичушкина, который убил в Москве 50 человек. И они хотели сделать, как он. Они даже на своей странице в этой соцсети написали – Пичушкин наш президент. Мы тоже уже как-то поднимали вопрос – что нам делать, не рассказывать о происходящих ЧП, не рассказывать об этих маньяках, педофилах и т.д. С одной стороны, люди должны знать о том, что происходит, мы должны как-то их предупреждать, какие-то меры принимать. С другой стороны, вот такие, как эти иркутские подростки, все это в обратную сторону переворачивают и начинают действовать по принципу «как они». Ромачев:

    – Здесь уже нужно задавать вопрос некоему педагогу-психиатру, который может оценить поведение этих детей.

    Ханга:

    – Расскажите еще про то, что есть ненастоящие люди. Я о себе должна сказать, что под моей фамилией, от моего имени общаются люди в соцсетях.

    Ромачев:

    – Как правило, публичные, известные люди, политики, актеры, музыканты – это люди, которые у многих вызывают доверие. Поэтому, создав фейк, так называемую подделку «Елена Ханга», я могу спокойно кому-нибудь впаривать какой-нибудь продукт, который наверняка купят те доверчивые люди, которые поверят в Елену Ханга.

    Ханга:

    – Я заходила на такие сайты, там фотографии моей семьи, которые, в принципе, не так трудно взять, потому что очень много фотографий в журналах, их можно просто скопировать и разместить. Я совершенно случайно это узнала, потому что грубо очень разговаривали и мои друзья пожаловались мне на грубость, они сказали, что ж ты так хамишь? А я совершенно не знала.

    Ромачев:

    – Ну да, поэтому вы, Елена, как публичный человек, должны хотя бы раз в месяц заходить в эти социальные сети, выявлять ссылки с фейками и отправлять письмо владельцам сайта – просим удалить.

    Ханга:

    – Может быть, скажете о медицинской проблеме? Насколько информация, которую вы посылаете врачам, может быть…

    Медведева:

    – У нас совсем недавно была история на Алтае. Врач городской больницы в Барнауле выложил шокирующий ролик на Ютуб, видео из операционной. Видны были лица пациентов. И, естественно, из-за этого разгорелся скандал.

    Ханга:

    – Ужас. А зачем он это сделал?

    Медведева:

    – Никто не знает, зачем. Сейчас проверяют – зачем он это делал. Есть такое мнение, что он некоторое время назад уволился из этой больницы и то ли в отместку, то ли еще из-за чего… Как вообще можно потом обращаться к врачам после такого?

    Ромачев:

    – Он нарушил врачебную тайну, поэтому здесь спокойно можно обратиться к адвокату, который возбудит уголовное дело.

    Ханга:

    – Естественно, он рассылает свое резюме и ему отвечают – нас очень заинтересовало ваше резюме, не могли бы вы прислать нам побольше информации? Вот тут тоже с пониманием надо относиться к тому, что это может быть и фейк, а не настоящие работодатели.

    Звонок, Светлана:

    – У меня дочке 10 лет и я считаю, что вообще социальные сети, если честно, это вред. Но детей как можно оградить? В первую очередь, страничку регистрировать надо самим родителям, чтобы изначально, когда они регистрировали страничку или в «Одноклассниках», или «Вконтакте», они знали пароли. Это должны делать именно родители. Я, например, постоянно контролирую переписку своей дочки.

    Ханга:

    – А вам не кажется это безнравственным?

    Светлана:

    – Она у меня еще слишком маленькая, глупенькая… У меня очень часто бывает, когда я вот захожу на ее страничку и вижу, что какие-то взрослые дяди и тети начинают добавляться в друзья и задавать какие-то вопросы. А это происходит достаточно часто. Поэтому я считаю, что детей до 16 лет надо контролировать.

    Частенько стучат в страничку, хотят познакомиться. Я говорю – откуда ты знаешь этого человека, это взрослый дяденька. Это папа твоей одноклассницы или еще кто-то? Нет, говорит, он ко мне постучался и стал задавать вопросы. И вот тут-то все и открылось.

    Еще, я считаю, что надо создавать страничку девочки какой-то, знакомиться со своей дочкой и таким образом выяснять какие-то интересные моменты.

    Ханга:

    – Это как?

    Светлана:

    – Находите любую фотографию ребенка аналогичного возраста вашему ребенку, создаете страничку, потом….

    Ханга:

    – Ой, Светлана, когда она узнает, что это вы, ой, будет скандал…

    Светлана:

    – Главное, чтобы не узнала.

    Источник: http://www.kp.ru/radio/stenography/19245/

    No tags added.

    Последние новости
    Операция по свержению Мадуро может оказаться отвлекающим маневром

    29.05.2020

    Андрей Манойло - руководитель Лаборатории Информационных...

    Чем занимается "Лаборатория информационных и гибридных войн"

    29.05.2020

    Созданная в мае 2020 года в рамках Частной...

    История №5. Два товарища

    29.05.2020

    Так бывает – жили-были два товарища, основали бизнес, а...

    Все новости →